Хотят ли латышские школьники знать русский язык?



Никакая внешняя сила не может кардинально изменить динамику языкового развития и языковых взаимодействий, потому что последние обусловлены единственно своей собственной внутренней логикой - это одна из аксиом лингвистики. Этой внутренней логике подчиняется в том числе и желание/нежелание изучать иностранный (как вариант - государственный) язык.

В свете всех "нет-реформенных" социальных волнений хотелось бы поговорить о том аспекте интеграции, который часто оказывается вне поля зрения общественности. Как правило, интеграция в Латвии понимается обеими "сторонами" общества несколько превратно - как движение в одну сторону (нацменьшинств - в "титульную"), а не двух сторон навстречу друг другу (mix freely, то есть "свободное смешивание", как определяет данный термин английский толковый словарь).

Между тем, реальная интеграция в обществе не регламентируется нормами правительственных постановлений. Процесс идет сам по себе. Одним из его проявлений является продолжение изучения русского языка в латышских школах по свободному выбору в качестве второго иностранного языка (первым теперь повсеместно считается английский, что вполне разумно в новых условиях жизни нашей страны в ЕС). Между тем на роль "второго" обоснованно претендует русский: на нем говорит значительная часть общества, а Россия как большой восточный сосед Латвии всегда будет нашим экономическим партнером вне зависимости от политических раскладов здесь и там.

Возникает естественный вопрос: является ли таковым русский язык сейчас, в данное время, когда поколение латышских детей, родившихся в год (или после) восстановления независимости Латвии, приходит в 6-7-м классах на первый урок нового иностранного языка - русского?

Результат наблюдений оказался в какой-то степени неожиданным. Не зная лингво-культурной ситуации в школьной среде латышских подростков, я полагал, что знание ими русского языка минимально (если вообще имеет место). Оказалось, все в точности до наоборот. Конечно, класс классу рознь, но все же даже в наиболее "слабых" группах первого года обучения уровень понимания разговорной русской речи превышал 50%.

Одними из первых вопросов, которые я задал ученикам после некоторого знакомства, были следующие: "Откуда вы знаете русский язык? Кто-то говорит в семье? Может быть, общаетесь с русскими сверстниками?" Ответы оказались довольно разнообразными. Выяснилось, что в моей школе и в самом деле много детей из смешанных семей: у кого-то мама русская, у кого-то папа (это даже по журналу видно - изрядное количество русских фамилий), с кем-то другие родственники говорят по-русски. Свою роль играют и сверстники другой национальности, а также русское культурное и информационное пространство.

Кристина (13 лет): "А у меня нет в семье русских. Почему так хорошо знаю язык? С друзьями общаюсь... У меня много друзей среди русских. Мы тусуемся вместе!".

Роберт (13 лет): "У меня отец хорошо знает русский. Мы фильмы смотрим, телевизор... я компьютерными играми увлекаюсь, они все на русском - вот и говорю, и читаю хорошо".

Лиене (13 лет): "У меня любимая передача по телеку - "Фабрика звезд" по ОРТ. Хотите, я вам спою сейчас "Ты - звезда"?... Я и другие песни на русском тоже знаю!".

Кристиана (12 лет): "Со мной бабушка русским занимается. Она меня и читать, и писать научила... Мы сказки читали. Дома у меня есть русские книги".

А кто-нибудь сам, без всяких заданий, по-русски читает? Утвердительно ответили немногие. Впрочем, насколько я понимаю, литература у них вообще не в почете.

В целом же важно то, что никто не отлынивает от изучения русского языка, мотивируя это тем, что он-де мне совершенно не нужен и никак в будущем не пригодится. Никакой враждебности в отношении русского языка я не наблюдаю. Правда, замечу, что отдельные высказывания в духе "мы вот русский изучаем, а сами русские школьники бастуют и латышский знать не хотят" иногда доводится слышать. Нетрудно догадаться, что происходит это во время наиболее масштабных уличных акций в защиту русских школ. Вывод: эти акции вредят интеграции? Я неспроста ставлю знак вопроса. В чем-то, конечно, вредят, в том числе и потому, что их устроители совершенно игнорируют общественно значимую резонансную силу контрпропаганды со стороны государства и латышских СМИ. Я же, по меньшей мере, рад тому, что мои школьники воспринимают "страсти-по-реформе" скорее с юмором, нежели с серьезностью, присущей взрослым.

Наблюдения показали также то, что русские дети, оказавшись в латышской школьной среде (а таких сейчас все больше), не испытывают особых комплексов по этому поводу - у них нет проблем в общении со сверстниками, они ведут себя активно. Конечно, многое здесь зависит от психологического типа ребенка, от его способностей к обучению. Однако тут важно и другое - то, что в принципе латыши воспринимают своих русских одноклас-сников совершенно естественно.

На небольшом примере моей школы (есть, наверное, "хуже", а может, и "лучше") можно констатировать следующее: латышские дети не только не враждебны русскому языку, не только готовы изучать его в рамках школьной программы, но и сами делают это - без всякой помощи. Взрослым просто не нужно им мешать.

Печатается в сокращении с портала www.politika.lv.

Автор: Марк Гурьев, учитель Рижской основной школы народных ремесел, Новая газета

Добавить коментарий
Автор:
Комментарий:
Код проверки:
Captcha